Артур Вейгалл: «Эхнатон. Фараон-вероотступник.»

ehnatonИстория жизни самого яркого египетского фараона и самого незаурядного правителя многих эпох. Не в его честь были построены пирамиды, и не он сохранил для наших музеев завалы драгоценных побрякушек и печень в горшочке. Нет. Экспонировать после него практически нечего. В популярной культуре больше известны его жена Нефертити и сын  Тутанхамон. Сам он дошел до наших дней в виде мусора — пищи для раздора археологов и редких сохранившихся упоминаний. После его смерти его имя было проклято, все записи уничтожены а город его поглотила пустыня. Но было время, когда люди на время перестали истреблять друг друга. Минута тишины в ходе извечной тотальной битвы всех против всех. Когда бог означал любовь (это за полтора тысячелетия до Христа) а правитель был набожен и гуманен. Его правление по всем параметрам выглядело аномальным (а потому — для нас интересным) и после его ухода система вернула все на свои обычные места.

Эта книга обратила на себя внимание упоминанием Эхнатона в курсе лекций профессора Зубова «История религиозных идей». Там он упоминался как полу-сумасшедший баловень судьбы, объявивший богом себя лично и ради себя лично построивший храмы и даже новую столицу. Я больше не верю Зубову. В своем курсе два года он доказывал, что люди всю свою историю были монотеистами. Фактически, вся история религии — это долгий и тернистый путь к Христианству. Достаточно сойти с этой тропы на шаг — и все эта идея со стороны начинает выглядеть нелепо.

 

Истина отшельника

Ричард Пронекке — человек, проживший в одиночестве в лесах Аляски более 25 лет заметил:

«Слишком много людей делают только часть работы. Законченность — вот что приносит радость, довести дело до конца собственноручно.»

Здесь он в простых словах выразил то, о чем психологи и коучеры пишут целые книги. Человек не бывает удовлетворен, если не видит результата своего труда, если в процессе не поставлена финальная точка. В «старые-добрые» времена мастер выполнял весь цикл работ. Пекарь делал хлеб, сапожник шил сапоги, кузнец ковал подковы и мечи. Каждый из них кроме обычной платы за свой труд получал и моральное удовлетворение, признание и возможность самоидентификации. Промышленная революция изменила все. Генри Форд окончательно превратил людей в детали единого механизма, каждый из которых не имеет особой ценности. Теперь человек может годами привинчивать одну и ту же гайку на конвейере. Кто он теперь? Местер-привинчиватель-правой-рессоры-задрего-моста? И так — изо дня в день миллиарды людей выполняю свою часть работы в общем процессе. В конце каждого дня мозг пытается сопоставить меру физической усталости с полученными за день результатами. А результаты не поддаются идентификации. И в итоге труд, который мог бы быть творчеством и приносить радость становится серыми однообразными буднями.

Конечно, здесь есть упрощение. Не может быть на свете мастера, создающего современные автомобили, компьютеры, космические станции. Разделение труда в наш век высоких технологий неизбежно. Но если на секунду остановиться и задуматься — делают ли они нас реально счастливее? Ритм жизни измерятся уже миллисекундами, хотя еще сравнительно недавно городские часы на башне имели только часовые стрелки и никто не считал необходимым обращать внимания на какие-то минуты — стали ли мы больше ценить время нашей жизни? В кармане каждого лежит возможность связаться практически с любым человеком на планете — стали ли мы от этого общительнее? За сутки можно облететь весь мир — но это только превратило путешествие из приключения в скуку. Мы используем эскалаторы и лифты чтобы быстрее добраться на работу а после идем в тренажерный зал чтобы часами заниматься степ-аэробикой  — как поняли бы нас наши предки?

И, глядя на все это, находятся чудаки, которые берут топор и уходят в лес — навсегда.

Давид Фонкинос: «Леннон»

lennonИстория человека-эпохи, поданная в весьма необычной манере — записей сеансов у психоаналитика. Такой стиль изложения вполне оправдан. Упор в книге сделан именно на душевных мотивах и переживаниях Леннона, что помогает лучше понять суть происходящих вокруг него событий. Эта книга интересна именно тем, что Леннон здесь не просто великий талант и создатель самой популярной в истории группы, но и ребенок, сын, любовник, муж, отец. Человек, всю жизнь ищущий свою точку опоры. Который с детства сталкивался с множеством трудных выборов, разочарований, одиночества и боли, ревности всего мира. Пожалуй, это намного ценнее чем просто изложение истории The Beatles.

Если бы мне выпала возможность выбирать время для жизни — я бы выбрал именно это — середину 20 века (если, конечно, оставить знание что ядерной войны не будет и не в СССР).

PS: Что забавно — мне сейчас почти столько же, сколько было Леннону в 80-м.

Ричард Фейнман: «Вы, конечно, шутите, мистер Фейнман!»

joker_FejnmanЧто может рассказать ученый с мировым именем о своей жизни? О Нобелевской премии? О том, как первым в мире видел своими глазами взрыв атомной бомбы? О теоретической физике — красной нити своей жизни?

Не только и даже не столько. О том, как на спор стал признанным художником. Как побеждал в конкурсах самбы не где-нибудь а в самой Бразилии и даже давал там уроки местным музыкантам. Как ради чистого интереса стал известным взломщиком сейфов. Как стал экспертом в кодексах майя, автором и исполнителем музыки к балету и многое другое.

Этот человек не просто добивался успеха в том, за что брался. Он делал гораздо больше — он извлекал из этого удовольствие. Вероятно, в этом и крылся секрет его успехов. Если в вашем воображении ученый — это задумчивый хмурый тип не от мира сего — прочтите эту книгу. Ее автор любил жизнь и умел добиваться в этом взаимности.

Чарли Чаплин: «Моя биография»

charlie chaplin silent starДумал написать в заголовке «Чарльз Спенсер Чаплин», но передумал. Он из тех великих людей, имен и званий которых никто не помнит. Он близок каждому. Он — просто Чарли.

Что делать, если ты родился в бедном квартале и провел детство на захламленных пустырях викторианского Лондона? Если твой отец покинул семью и спился? Если твоя мать сошла с ума от голода и лишений? Если в свою дюжину лет ты сменил дюжину профессий? Если ты — одинокий, нищий и бездомный мальчик в огромном честолюбивом городе? Конечно же — стать величайшим комиком в истории людей. Сделать то, о чем раньше даже не думали — наполнить юмор глубокой жизненной философией и возвысить маленького человека. Он стал великим изображая нищего бродягу. Его фильмы похожи на стихи Омара Хайяма  — каждый увидит в них то, к чему он сам готов. Чарли сделал так, что вот уже столетие его узнают по одному только имени, по штриху образа — без добавления званий, титулов, или даже фамилии.

Николай Миклухо-Маклай: «Путешествие на Новую Гвинею»

maklayКак любой советский школьник, я слышал в детстве о Николае Николаевиче Миклухо-Маклае — нашем человеке «на том свете». Отчасти он запомнился своей необычной фамилией (природу необычности которой так до сих пор окончательно и не разгадали — откуда взялась приставка «-Маклай»), отчасти — из-за трагичной судьбы Ждеймса Кука. Прожить несколько лет на  острове людоедов — немалый подвиг духа. Данная книга пробудила детское любопытство — узнать о этом человеке и его путешествии больше, чем пара глав в школьном учебнике.
Из этих учебников выходил образ туриста-отшельника, волею судеб и океанских течений оказавшемся в диких местах и почерпнувших оттуда по случаю массу полезной для науки информации. Оказалось, что это не совсем так. Миклухо-Маклай — серьезный ученый, отправившийся в дальние страны по заданию географического общества не без помощи государства и российского военного флота (прибывал он туда обычно на военных корветах). Поддерживал связи с видными академиками и профессорами, поставляя им материал (а иногда и части тела). В последствии стал и политиком, ратующим перед Россией и странами Европы о установлении протектората над исследованными им территориями (что получилось в итоге с Германией).
Что касается его пребывания в Новой Гвинее — был он там далеко не один и даже в достаточном для тех условий комфорте. В его распоряжении были и слуги и построенный моряками дом. Сам себя же он называл «барином, занимающемся естественными науками».
Он приложил массу усилий для популяризации новой на тот момент мысли, что жители Новой Гвинеи (как и все «дикари» в общем)  — это тоже люди разумные а не просто человекоподобные обезьяны.

PS: По одной из версий предком Николая Николаевича был шотландский барон Маклай, служивший на стороне Польши и попавший в плен в Россию в 17 веке.

Sic transit gloria mundi

klichkoЕще совсем недавно, каких-нибудь пару лет назад, Виталий Кличко был гордостью рунета. Свой парень, Брат-1, способный навалять кому угодно в мире. Единственное, что ему ставили в вину — его противники падали слишком быстро, лишая зрителей оплаченного зрелища. Сейчас же он превращен в мем туповатого, косноязычного, продажного недополитика, который даже нацистом не может считаться в виду своего скудоумия.

В чем природа такой перемены мнений? Не только в политических технологиях, но и в игре на естественной тяге толпы низводить сознанных ею же кумиров. Авторам и любителям карикатур и анекдотов хочется напомнить, что Виталий Кличко — не только многократный и почетный чемпион мира по двум видам спорта, но и кандидат наук и имеет степень магистра. И на закуску — глава партии, фракции в парламенте, мэр столицы, кавалер высших наград Украины и ФРГ (которые были получены еще до начала его политической карьеры), посол ЮНЕСКО. Так и хочется испросить у пасквилянтов их собственный послужной список для сравнения.

Ирвинг Стоун: «Муки и радости»

Irving_Stoun__Muki_i_radostiРоман-биография Микеланджело Буонаротти.

Человек с мраморным сердцем.

Микеланджело, Леонардо ДаВинчи, Рафаэль Санти, Донатэлло, Челлини. Сейчас эти громкие имена знакомы даже детям (по крайней мере — по ниндзям-чебурашкам). Мало кто задумывался, что все эти люди жили в одно и то же время, в одной и той же стране. Были знакомы друг с другом, дружили, враждовали. По ходу повествования узнаются не только жизненные пути великих мастеров, но и судьбы созданных ими величайших произведений искусства — скульптур, фресок, картин, дворцов и храмов. Становится видно, как люди уходят, оставляя свое имя и видение мира, продолжая существовать в своих шедеврах.

Например, таких: Пьета (Оплакивание Христа).  Это, мать его, самое красивое творение рук человеческих из всех, что я видел. А видел я его как оказывается часто, но оно совершенно не бросалось в глаза. И только по книге я заинтересовался вплотную творчеством Микеланджело (нужно же знать, о чем идет речь по тексту) и рассмотрел его получше. На момент создания Оплакивания Микеланджело было 24 года. В общем, я просто оставлю это здесь…

pieta

«Ганди»

gandhiКак ни странно, смотря фильм о Ганди я думал не только о нем, но и о Гитлере.

Та же эпоха, два лидера, две страны со схожими проблемами — и настолько разные пути их решения. И настолько разные результаты. Схожи они в идее возрождения национального достоинства. Но Гитлер был готов уничтожить Германию, если та окажется его недостойна. Ганди был готов умереть сам, чтобы Индия была достойна. Результаты нам хорошо известны. Силовой вариант привел к полному краху и уничтожению, хотя на руках Гитлера была целая колода козырей. Мирный вариант дал конструктивный результат и привел к становлению нации и независимости.

PS: Интересно, прекратится ли война Израиле, Ираке, Украине, если кто-нибудь из президентов объявит голодовку?..

Генрих Манн: Молодые годы короля Генриха IV

XIR88471Как историко-приключенческий, роман великолепен. Интриги, заговоры, убийства всех степеней коварства, отвага, сражения и титулы, титулы, титулы… Описаны причины и следствия Варфоломеевской ночи, падения династии Валуа и становления Бурбонов на французском престоле. Слегка портит картину явные симпатии автора к главному герою — Генриху Наваррскому. Его пороки описаны как нечто естественное и простительное в то время как противники в основном — продажные вырожденцы. Ход событий существенно отличается от популярных сюжетов Дюма, так что этот роман хорошо бы знать любителям жанра.

На некотором этапе можно втянуться в сюжет борьбы героя за благородные цели — объединения страны, прекращения гражданской религиозной войны, избавления от прогнившей династии правителей, свобода совести. Но если посмотреть на процессы более глобально — нет ничего, кроме банальной борьбы за власть. Ровно через 200 лет французы отрежут голову потомку Генриха а страна падет в пучину кровавой вакханалии, по сравнению с которой ночь святого Варфоломея покажется воскресной прогулкой в летнем парке.